товарищ датский
что-то стало холодать
- Повторите, что вы сейчас сказали? – ледяным голосом произносит Пентекост. Лицо кардинала при этом не отражает совершенно никаких эмоций.
Тендо нервно перебирает четки, пытаясь не потерять самообладание и до боли сжимает в ладони крест розария.
- Самолет падре задержан из-за снежной бури, он ещё не вылетел из Вашингтона… И, Ваше святейшество, братья Беккеты отказываются выходить на битву без его благословения.
Эта была особая привилегия пилотов, требовать любого служителя церкви становиться своеобразным «третьим пилотом» экипажа, чтобы у рейнджеров была возможность исповедаться перед очередным боем с порождениями тьмы. Но Беккеты… Беккеты по какой-то непонятной причине не желают видеть своим духовным наставником кого-то, кроме падре, который во времена их детства читал по воскресеньям проповеди в местном приходе.
Кардинал нажимает кнопку связи:
- Экипаж Бродяги: пятиминутная готовность, - произносит Пентекост тоном, не терпящим никаких возражений, и внутри у Тендо всё сжимается от предчувствия беды.
- Отличная синхронизация, fratres, - пытается разрядить атмосферу Тендо, но Беккеты, не поддерживают эту бравурную перепалку, оставаясь сосредоточенными и угрюмыми.
Конечно, они вступают в бой. Но в первый раз - без поддержки свыше.
И когда связь с Бродягой обрывается, Тендо закрывает глаза, и какой-то чужой, словно не его голос, произносит:
- In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. Amen.